Бердников Алексей - стихи
В базе 16641 стихотворение 112 авторов.
МРАМОРНЫЙ МУЖ



Покойник был суровый лейтенант,
Статуя мягче, хоть и лабрадора.
Так здесь похоронили командора?
А жаль, что уж не носят аксельбант!
Жаль -- в мраморе не произвесть дискант,
Цветущий, словно ветка помидора!
В глазах при жизни не было задора,
Да и звезда как на корове бант.
И рядом женщина живая, странно!
Кого она целует столь нежна?
Так женщина еще ему желанна?
Отец стоял и думал: Вот те на!
А эта -- неужель его жена?
Я гибну -- кончено -- о дона Анна! --

-- Покойник был суровый лейтенант, --
Сказал отец, дообозрев Статую
И рядом с нею женщину святую,
Чей юбчатый и кружевной брабант
Его слегка повел на тот Грумант,
О коем говорить все не рискую,
Раз уж о нем и мыслю и тоскую, --
Покойник был суровый лейтенант!
Так думается. Впрочем, нету вздора
Пустяе, нежли запоздалый суд
Об умерших актерах Термидора:
Их слепки чушь известную несут,
Хоть душу в нас суровостью трясут, --
На то нет камня лутше лабрадора.

Заглянем, кто сей муж из лабрадора? --
Я отсоветовал бы вам, сеньор:
Наш путь теперь лежит на скотный двор:
Там, видите ль, посадка помидора, --
Вон там, вдоль дровяного коридора,
Где там и сям раскидан жалкий сор,
Мы попадаем вон на тот угор
К спасительной наклонности забора.
Там смело мы дождемся темноты. -
-- Чтоб я, я, офицер, стал тенью вора!?
Кто старший в нашей банде -- я иль ты?
Так вот тебе приказ: Ступай, федора,
И разбери, где с ветвием слиты
И серп, и млат, прозванье Командора! --

-- Ну что за дело нам до Командора!
Вы голодны! Вам в мысли входит чушь!
Мы что же забирались в эту глушь
Чтоб здесь глядеть на вздор из лабрадора! --
-- Сейчас же прекрати дрожать, притвора!
Ступай! Не то -- дам в рыло! -- Уж иду ж!
За вашу душу лабрадорный муж
Не даст и ломаного луидора! --
-- Я что ж, по-твоему, капитулянт?
Я побегу при виде экспоната? --
-- Коль пропадем, Статуя виновата! --
-- Не мельтеши у гроба, пасквилянт!
Вот так стоять и я мечтал когда-то...
А жаль, что уж не носят аксельбант!

Вот, право, жаль: не носят аксельбант,
Сколь ни ищи -- не выищешь в уставе! --
Отец воскликнул, обратившись к паве,
Склонившейся к подножию акант.
Она же, обернувшись на дискант,
Ему сказала: Вы, конечно, в праве, --
Но где вдове помыслить об оправе! --
Отец отметил про себя: Шармант!
Вот мне б так зиждеться под бой курант,
И чтоб она под вечер приходила... --
-- И эту-то насилу учредила! --
Сказала женщина, одернув бант. --
А ваш дискант звенит не мене мило,
Жаль в мраморе не произвесть дискант!


Жаль: в мраморе не произвесть дискант! --
Отец же говорит: Я весь к услугам!
Ведь вы позволите быть вашим другом:
В дисканте я отнюдь не дилетант!
Я был бы ваш покорный адъютант,
Сюда бы мы езжали с вами цугом,
И вам в момент общения с супругом
Полезен был бы схожий с ним бель-кант! --
Она ж сурово: Не мелите вздора:
Прошу речами скорби не простить,
Не то расстанемся мы очень скоро... --
-- Не милостивы вы! -- Могу простить --
Чтобы ушам ваш голос возвратить,
Цветущий, точно ветка помидора! --

-- Цветущий, точно ветка помидора?
Вы побуждаете меня к речам!
И я начну их с похвалы плечам
И голубого с поволокой взора.
А ваши ноги в белизне подзора
Поистине приходят по ночам
В сны калужанам или москвичам,
Сводя с ума походкой без зазора! --
-- Однако вы... решительно смелы... --
-- Помилосердствуйте -- вы так милы,
Прелестная супруга Командора! --
-- Но в этом сердце холодок скалы! --
-- Вы говорите? Так-так, ну делы!
Да ну! В глазах у вас полно задора! --

-- Ах, оценить наличие задора
В глазах моих! -- Ну да! -- А вы мой лиф
Оставите в покое? -- Он счастлив!
Ужли ему вы верны, как Пандора?
Иль это все -- излишества декора? --
-- Но для измены должен быть мотив,
И не скажу я слова супротив,
Отдав вам это сердце без укора,
Без жалобы! -- Нет нужды! Он -- талант,
Я думаю, и нежности и боя,
Но вас держать так долго за живое --
Ужли он был при жизни столь педант,
Чтоб и посмертно вам не знать покоя!
Да и звезда -- как на корове бант! --

А что звезда -- как на корове бант,
Суровый приговор, увы, несчастный!
Взгляни полутше, кто объект прекрасный,
Прочти табличку, ей украшен рант!
Куда там! Романтичный, как Жорж Занд,
И женам в этом качестве опасный,
Отец ручьем пролился в речи страстной,
Истекшей как бы с Пинда или Анд.
Вот суть ее: он рад ей несказанно,
И просит он прелестную вдову
Ему тотчас назначить рандеву...
Глупец! Очнись! Попомни Дон Гуана!
Ведь все как в оно: статуя на рву
И рядом женщина живая. Странно!

-- И рядом женщина живая, странно! --
Вскричал отец. -- Как мир без вас мне пуст!
И не сорвать лобзанье с этих уст
И так уйти -- мне страшно несказанно! --
И он приник к губам, и дона Анна
Покорно отвечала. Жалкий хлюст!
Он видит, что дымок, как будто дуст,
Вдруг заструился с уст у Истукана.
Как бы по мрамору прошла волна,
Лицо героя тихо покривилось,
И вот Статуя молвила: Жена!
Кто это там с тобой, скажи на милость?
С кем ты так увлекательно простилась?
Кого взасос целуешь ты, нежна?

Кого это целуешь ты, нежна? --
Отец, смутившись, отвещал: Жидкова! --
Статуя ж вопросила вновь: Какого?
И я была Жидковым названа. --
Вдова же говорит: Моя вина!
Я, Пашенька, от скорби бестолкова,
Поцеловала невзначай другого,
Но в принципе ведь я тебе верна! --
-- Кой черт! -- сказал отец. -- Мне это странно!
Его тут вознесли до облаков,
Да он еще к тому же и Жидков,
Он Пашенька, извольте видеть! Ланно --
Ему и верность тут хранят -- каков!
Иль женщина еще тебе желанна?!

Так значит -- женщина тебе желанна?
А кто вдовица? Боже! Ольга! Ты!?
Меня целуешь у моей плиты? --
Она ему: Живой Жидков нежданно!
А кто же тот? -- кивнув на Истукана.
Но Истукан промолвил: Дура ты! --
-- Он доведет меня до дурноты! --
Воскликнула в испуге дона Анна. --
Зачем я двум мужчинам вручена:
Один и при звезде, и портупее,
Но идол он, что может быть глупее!
Второй небрит и бос: шпаной шпана!
Как разобраться в этой эпопее? --
Отец стоял и думал: Вот те на!

Отец стоял и думал: Вот те на!
Так это, значит, вышусь я над миром
Печальным достославным командиром,
Которому хвалы поет страна.
Тогда спросить -- какого же хрена
Я тер полы лентяйкой по сортирам?
Куда теперь бегу голодным, сирым? --
И к статуе: Ответь-ка, старина,
Преславная, прекрасная Статуя,
Как стал Тобою вор из Акатуя?
И велика ль Тебе теперь цена?--
Статуя же брюзжала, негодуя,
Что самозванцем сим поражена,
А эта -- неужель его жена?

А эта -- неужель его жена? --
-- Нет, -- говорит отец, -- твоя зазноба
Моею станет нынче, камень гроба,
А ты приди и стань к ней у окна.
Вообще, твоя претензия смешна
И удивительна пустая злоба.
Я думаю, что мы Жидковы оба,
Но пусть теперь с тобою спит страна!-
Тут он захохотал весьма спонтанно
И смачно плюнул в мраморный кадык,
И прочь ушел изображать Тристана,
Хоть от Изольды в лагерях отвык.
А ночью тишину прорезал клик:
Я гибну-кончено-о дона Анна!

-- Я гибну-кончено-о дона Анна! --
-- Ты звал, и появился я, дружок!
Теперь ори покуда есть кишок! --
Отец же говорит: Пришел ты рано! --
--Покайся! -- Нет! Умру непокаянно. --
--Покайся! -- Нет! --Так нет!? -- Ни на вершок!
Пусти! Пусти мне руку, ты, горшок! --
Вот так Статуя в Ад свела пахана.
Так мать, совсем осунувшись с лица,
Лишилась и надгробья, и отца!
И шибко убивалася. И бонзы
Жидкова отлили уже из бронзы:
Таз на бровях, под задом Росинант:
Покойник был суровый лейтенант!





Бердников Алексей
 
< Пред.   След. >

Другие произведения автора

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Я НАПИШУ В ВАШУ ЧЕСТЬ ХОРАЛ
В ХЛЕБНОМ ПЕРЕУЛКЕ
КОЩУНСТВЕННЫЙ НЕДОРОСЛЬ
В ХОМУТОВСКОМ ТУПИКЕ
Реклама:
По истечении срока действия авторских прав, в России этот срок равен 50-ти годам, произведение переходит в общественное достояние. Это обстоятельство позволяет свободно использовать произведение, соблюдая при этом личные неимущественные права — право авторства, право на имя, право на защиту от всякого искажения и право на защиту репутации автора — так как, эти права охраняются бессрочно.